stabbut (stabbut) wrote,
stabbut
stabbut

Легенда Бутырского тюремного замка

Добрые люди записали мне вот эту легенду, которую много лет рассказывают в Бутырке опытные сидельцы. Привожу ее в первозданном виде, не изменив ни буквы.


В наши дни уже немногие знают о том, что знаменитый Бутырский централ изначально предполагалось построить в другом месте, пусть и неподалеку. Это было во времена императрицы Екатерины Второй, полагавшей себя правительницей просвещенной и даже состоявшей в переписке с Вольтером. А стало быть, и тюрьмы стали ей остро необходимы - на замену привычным на Руси сыскным подвалам, да острогам.

Строительство началось в нескольких городах одновременно и каждая из тюрем была спроектирована в виде буквы "Е", на долгую память благодарным потомкам. И только в Москве дела пошли худо. Сначала возведенные для строителей бараки сгорели. Потом их обитателей поразила неведомая болезнь, а при закладке фундамента открылись подземные воды. Одна напасть сменяла другую и место возведения тюремного замка переменили с Миуськиного пустыря к Бутырской заставе. Про пустырь же этот нужно сказать особо.

Прозван он был по имени душегуба Миуськи, творившего в этих местах разбойничий промысел еще во времена царя Алексея Тишайшего. Но возможности изловить кровопийцу у стрелецких начальников и воевод не было решительно никакой по причине самых тесных сношений Миуськи с нечистой силой. Сколько раз бывало. что окружат стрельцы избу, в которой затаилась его шайка, - хвать, а главного душегуба среди сподвижников и нету. Делать воеводам было нечего и отправили они челобитную в Сергиев Посад, прямо в Лавру. "Вы уж не обессудьте, - отвечают воеводам тамошние архимандриты, - но для таких дел нужны вам не мы, грешники, а старцы. Обирают же они в вологодских землях, прозванных по этой причине Северной Фиваидой. Вняли архимандритам воеводы и отправили на Север думного дьяка с обозом. Что уж там стряпчий сей делал, с кем разговаривал, но старец сыскался. Пожалел гибнущий от Миуськиного кистеня народец и сотворил молитву, по которой изувера немедля поймали и отрубили ему голову.

И вот начались с тех пор на месте этой казни, которое прозвали "Миуськиным пустырем", нехорошие и темные дела. Так что и жить тут никто не хотел, а стояли лишь часто горевшие казенные склады и бараки. Не любили москвичи Миусы и обходили строной, особенно по ночам. И даже тюрьму тут построить не получилось. Но со временем страшное место обложили по кругу церквями, а в центре того круга, на месте казни, поставили большой и красивый храм, крепко припечатав всю нечистую силу. И тихо стало на Миусах, но до поры, до времени. Потому что после переписки с Вольтером стала императрица Екатерина Вторая разорять церковные земли и выпустила она тем самым на свободу большое зло.

Годы шли, про душегуба Миуську напоминали теперь только городские легенды да названия площади, улиц и расположенного неподалеку Миуского кладбища. Но однажды, уже при Николае Втором, появился тут черный человек. Был он когда-то обычным инженером без роду и племени. От несчастной любви уехал за Урал и, как говорили тамошние староверы, связался с нечистой силой. Так или нет, но разбогател он сказочно - нашел в тайге золото и обустроил прииски немалого оборота. А еще он стал черен лицом и никогда не видели с тех пор его улыбки и не слыхали смеха и шуток. Звали черного человека Леонтием и появился он на Миусах с важной целью - построить Народный университет. "Любые расходы оплачу, говорил Леонтий генерал-губернатору, но стоять сие заведение должно только вот тут - на этих самых Миусах". Таково было единственное условие благодетеля.

Многие известные люди успели там поучиться, например, поэт Сергей Есенин. Но после большевистского переворота в этом здании открыли Высшие пулеметные курсы для красных командиров. Храмы по окружности пустыря позакрывали. а самый главный - что в центре, взорвали динамитом и разобрали на кирпичи. А с тем, кто успел поучиться в построенном здании, происходили разные нехорошие истории. Кто погиб на войне, кто в тылу, кого зарезали, а иной и сам удавился. И говорят, что к каждому из них приходил перед смертью черный человек.

Все эти годы находился Бутырский тюремный замок неподалеку, но никакого участия в предначертанных Миусам судьбах не принимал, оставаясь немым очевидцем. Перемолов за долгие годы сотни тысяч человеческих надежд и жизней, он и сам напитался такой силой, что вступать в сколь-нибудь особые отношения с ним резона не было даже у нечистой силы.

В середине тридцатых годов на Миусах стало тише. Дела на Руси пошли такие, что и душегуб Миуська перед иными деятелями оказался навроде пионера с голыми коленками, - сущим дитем. И вот однажды, в августе 1936 года появился в Бутырке новый арестант. Худощавый и черноволосый, чуть выше среднего роста. Двадцати двух лет от роду. Статья у него была уголовная и никакого интереса у тюремщиков он не вызывал. Но так было до поры, когда приметил его старший следователь Кислицын. А причина была простая - на парня поступил письменный донос. Тут самое время сказать, что парня того звали Митяем Миусовым. И, как следовало из его фамилии, был он потомком казака-душегуба.

Вызвал его на допрос Кислицын, а тот и сам рад - нашептал что-то на ухо старшему следователю и вот тот уже бежит писать рапорт на имя самого Лаврентия Палыча. А Митяя тем временем запирает в пустой коридор, предназначенный к ремонту, - на пару часов. Но случилась с Кислицыным незадача, и уже у вечеру того же для его самого допрашивали на предмет сношений с английской и японской разведками. А через недельку бывшего старшего следователя и расстреляли, даже не поинтересовавшись: а не остались ли у него в Бутырке какие неотложные дела? Митяя же нашли через полгода, когда подошел черед ремонта дальней камеры, где он без воды и еды помер в страшных муках. И выглядел покойник тоже страшно, почернел да высох.

С этой самой поры и завелся в Бутырке тот, кого прозвали черным арестантом. Рассказывают о нем неохотно, но многие знают, что бродит его неприкаянная душа по сырым коридорам и пророчит кому длинный срок, кому отправку на кичу, а кому и смерть лютую от передоза или острой сердечной недостаточности. И только два раза в год - на православную Пасху и в мусульманский Рамадан не слышно в старой тюрьме этого очевидца многих страданий и беззаконий.

Tags: Истории, Тюрьма и воля
Subscribe
promo stabbut february 24, 2016 19:28 8
Buy for 50 tokens
Узнав, куда я собираюсь ранним воскресным утром, дети понимающе закивали головами. Признали, что это круто и выразили легкое сожаление, что не могут составить компанию. А старшая еще и оперативно откопала в сети цитату из Мандельштама: Зимуют пароходы, на припеке Зажглось каюты толстое стекло.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments